Братина с ядом разом осушена
Знает боярин - опала заслужена
Гомон пирующих точно из пропасти
Шут за личиной юродствует попусту
Нынче душа его богом оставлена
Крепкой десницею слива раздавлена
Пир продолжается. В кубки порожние
Льётся вино, да дела неотложные
Всё обсуждают, хмелея опричники
Дескать татар порубили станичники
Лишь государь, ожидая молчит
Жемчуг играет в узоре парчи
Хриплый рывок, проклятье опального
Жало горящее зелья коварного
Царь улыбается, сливы раздарены
Пьян да уснул. Унесите боярина
The cup of poison drained in one gulp.
The boyar knows his disgrace is well-earned.
The hubbub of the feasting seems to rise from an abyss.
The jester, behind a mask, plays the fool in vain.
Now his soul is abandoned by God.
A plum is crushed by a strong hand.
The feast continues. Empty goblets.
Wine flows, but urgent matters arise.
The oprichniks, growing drunk, discuss everything.
They say the Cossacks have cut down the Tatars.
Only the sovereign, waiting, remains silent.
Pearls sparkle in the brocade pattern.
A hoarse jerk, the curse of the disgraced one.
The burning sting of a treacherous potion.
The tsar smiles, the plums are given away.
Drunk and asleep. Take the boyar away.
